Меню

Алиса в стране чудес кролик нора

Глава I

Вниз по кроличьей норе

Алисе [5] наскучило сидеть с сестрой без дела на берегу реки; разок-другой она заглянула в книжку, которую читала сестра, но там не было ни картинок, ни разговоров.

– Что толку в книжке, – подумала Алиса, – если в ней нет ни картинок, ни разговоров?

Она сидела и размышляла, не встать ли ей и не нарвать ли цветов для венка; мысли ее текли медленно и несвязно – от жары ее клонило в сон. Конечно, сплести венок было бы очень приятно, но стоит ли ради этого подыматься?

Вдруг мимо пробежал белый кролик с красными глазами.

Конечно, ничего удивительного в этом не было. Правда, Кролик на бегу говорил:

– Ах, боже мой, боже мой! Я опаздываю.

Но и это не показалось Алисе особенно странным. (Вспоминая об этом позже, она подумала, что ей следовало бы удивиться, однако в тот миг все казалось ей вполне естественным.) Но, когда Кролик вдруг вынул часы из жилетного кармана и, взглянув на них, помчался дальше, Алиса вскочила на ноги. Ее тут осенило: ведь никогда раньше она не видела кролика с часами, да еще с жилетным карманом в придачу! Сгорая от любопытства, она побежала за ним по полю и только-только успела заметить, что он юркнул в нору под изгородью.

В тот же миг Алиса юркнула за ним следом, не думая о том, как же она будет выбираться обратно.

Нора сначала шла прямо, ровная, как туннель, а потом вдруг круто обрывалась вниз [6] . Не успела Алиса и глазом моргнуть, как она начала падать, словно в глубокий колодец.

То ли колодец был очень глубок, то ли падала она очень медленно, только времени у нее было достаточно, чтобы прийти в себя и подумать, что же будет дальше. Сначала она попыталась разглядеть, что ждет ее внизу, но там было темно, и она ничего не увидела. Тогда она принялась смотреть по сторонам. Стены колодца были уставлены шкафами и книжными полками; кое-где висели на гвоздиках картины и карты. Пролетая мимо одной из полок, она прихватила с нее банку с вареньем. На банке было написано «АПЕЛЬСИНОВОЕ», но увы! она оказалась пустой. Алиса побоялась бросить банку вниз – как бы не убить кого-нибудь! На лету она умудрилась засунуть ее в какой-то шкаф. [7]

– Вот это упала, так упала! – подумала Алиса. – Упасть с лестницы теперь для меня пара пустяков. А наши решат, что я ужасно смелая. Да свались я хоть с крыши, я бы и то не пикнула. [8]

Вполне возможно, что так оно и было бы.

А она все падала и падала. Неужели этому не будет конца? – Интересно, сколько миль я уже пролетела? – сказала Алиса вслух. – Я, верно, приближаюсь к центру земли. Дайте-ка вспомнить… Это, кажется, около четырех тысяч миль вниз.

Видишь ли, Алиса выучила кое-что в этом роде на уроках в классной, и, хоть сейчас был не самый подходящий момент демонстрировать свои познания – никто ведь ее не слышал, – она не могла удержаться.

– Да так, верно, оно и есть, – продолжала Алиса. – Но интересно, на какой же я тогда широте и долготе?

Сказать по правде, она понятия не имела о том, что такое широта и долгота, но ей очень нравились эти слова. Они звучали так важно и внушительно!

Помолчав, она начала снова:

– А не пролечу ли я всю землю насквозь? [9] Вот будет смешно! Вылезаю – а люди вниз головой! Как их там зовут. Антипатии, кажется…

В глубине души она порадовалась, что в этот миг ее никто не слышит, потому что слово это звучало как-то не так.

– Придется мне у них спросить, как называется их страна. «Простите, сударыня, где я? В Австралии или в Новой Зеландии?»

И она попробовала сделать реверанс. Можешь себе представить реверанс в воздухе во время падения? Как, по-твоему, тебе бы удалось его сделать?

– А она, конечно, подумает, что я страшная невежда! Нет, не буду никого спрашивать! Может, увижу где-нибудь надпись!

А она все падала и падала. Делать нечего – помолчав, Алиса снова заговорила.

– Дина будет меня сегодня весь вечер искать. [14] Ей без меня так скучно!

– Надеюсь, они не забудут в полдник налить ей молочка… Ах, Дина, милая, как жаль, что тебя со мной нет. Правда, мышек в воздухе нет, но зато мошек хоть отбавляй! Интересно, едят ли кошки мошек?

Тут Алиса почувствовала, что глаза у нее слипаются. Она сонно бормотала:

– Едят ли кошки мошек? Едят ли кошки мошек?

Алиса не знала ответа ни на первый, ни на второй вопрос, и потому ей было все равно, как их ни задать. Она чувствовала, что засыпает. Ей уже снилось, что она идет об руку с Диной и озабоченно спрашивает ее:

– Признайся, Дина, ты когда-нибудь ела мошек?

Тут раздался страшный треск. Алиса упала на кучу валежника и сухих листьев.

Она ничуть не ушиблась и быстро вскочила на ноги. Взглянула наверх – там было темно. Перед ней тянулся другой коридор, а в конце его мелькнул Белый Кролик. Нельзя было терять ни минуты, и Алиса помчалась за ним следом. Она слышала, как, исчезая за поворотом, Кролик произнес:

– Ах, мои усики! Ах, мои ушки! Как я опаздываю!

Повернув за угол, Алиса ожидала тут же увидеть Кролика, но его нигде не было. А она очутилась в длинном низком зале, освещенном рядом ламп, свисавших с потолка.

Дверей в зале было множество, но все оказались заперты. Алиса попробовала открыть их – сначала с одной стороны, потом с другой, но, убедившись, что ни одна не поддается, она прошла по залу, с грустью соображая, как ей отсюда выбраться.

Вдруг она увидела стеклянный столик на трех ножках. На нем не было ничего, кроме крошечного золотого ключика. Алиса решила, что это ключ от одной из дверей, но увы! – то ли замочные скважины были слишком велики, то ли ключик слишком мал, только он не подошел ни к одной, как она ни старалась. Пройдясь но залу во второй раз, Алиса увидела занавеску, которую не заметила раньше, а за ней оказалась маленькая дверца дюймов в пятнадцать вышиной. Алиса вставила ключик в замочную скважину – и, к величайшей ее радости, он подошел!
Она открыла дверцу и увидела за ней нору, совсем узкую, не шире крысиной. Алиса встала на колени и заглянула в нее – в глубине виднелся сад удивительной красоты. Ах, как ей захотелось выбраться из темного зала и побродить между яркими цветочными клумбами и прохладными фонтанами! [16] Но она не могла просунуть в нору даже голову.

Читайте также:  Как использовать помет кроликов для удобрений

– Если б моя голова и прошла, – подумала бедная Алиса, – что толку! Кому нужна голова без плечей? Ах, почему я не складываюсь, как подзорная труба! Если б я только знала, с чего начать, я бы, наверно, сумела.

Видишь ли, в тот день столько было всяких удивительных происшествий, что ничто не казалось ей теперь совсем не возможным.

Сидеть у маленькой дверцы не было никакого смысла, и Алиса вернулась к стеклянному столику, смутно надеясь найти на нем другой ключ или на худой конец руководство к складыванию наподобие подзорной трубы. Однако на этот раз на столе оказался пузырек.

– Я совершенно уверена, что раньше его здесь не было! – сказала про себя Алиса.

К горлышку пузырька была привязана бумажка, а на бумажке крупными красивыми буквами было написано: «ВЫПЕЙ МЕНЯ!»

Это, конечно, было очень мило, но умненькая Алиса совсем не торопилась следовать совету.

– Прежде всего надо убедиться, что на этом пузырьке нигде нет пометки: «Яд! » – сказала она.

Видишь ли, она начиталась всяких прелестных историй о том, как дети сгорали живьем или попадали на съедение диким зверям, – и все эти неприятности происходили с ними потому, что они не желали соблюдать простейших правил, которым обучали их друзья: если слишком долго держать в руках раскаленную докрасна кочергу, в конце концов обожжешься; если поглубже полоснуть по пальцу ножом, из пальца обычно идет кровь; если разом осушить пузырек с пометкой «Яд!», рано или поздно почти наверняка почувствуешь недомогание. Последнее правило Алиса помнила твердо.

Однако на этом пузырьке никаких пометок не было, и Алиса рискнула отпить из него немного. Напиток был очень приятен на вкус – он чем-то напоминал вишневый пирог с кремом, ананас, жареную индейку, сливочную помадку и горячие гренки с маслом. [17] Алиса выпила его до конца.

– Какое странное ощущение! – воскликнула Алиса. – Я, верно, складываюсь, как подзорная труба.

И не ошиблась – в ней сейчас было всего десять дюймов росту. Она подумала, что теперь легко пройдет сквозь дверцу в чудесный сад, и очень обрадовалась. Но сначала на всякий случай она немножко подождала – ей хотелось убедиться, что больше она не уменьшается. Это ее слегка тревожило.

– Если я и дальше буду так уменьшаться, – сказала она про себя, – я могу и вовсе исчезнуть. Сгорю как свечка! Интересно, какая я тогда буду?

И она постаралась представить себе, как выглядит пламя свечи после того, как свеча потухнет. Насколько ей помнилось, такого она никогда не видала.

Подождав немного и убедившись, что больше ничего не происходит, она решила тотчас же выйти в сад. Бедняжка! Подойдя к дверце, она обнаружила, что забыла золотой ключик на столе, а вернувшись к столу, поняла, что ей теперь до него не дотянуться. Сквозь стекло она ясно видела снизу лежащий на столе ключик. Она попыталась взобраться на стол по стеклянной ножке, но ножка была очень скользкая. Устав от напрасных усилий, бедная Алиса села на пол и заплакала.

– Ну, хватит! – строго приказала она себе немного спустя. – Слезами горю не поможешь. Советую тебе сию же минуту перестать!

Она всегда давала себе хорошие советы, хоть следовала им нечасто. Порой же ругала себя так беспощадно, что глаза ее наполнялись слезами. А однажды она даже попыталась отшлепать себя по щекам за то, что схитрила, играя в одиночку партию в крокет. Эта глупышка очень любила притворяться двумя разными девочками сразу. [18]

– Но сейчас это при всем желании невозможно! – подумала бедная Алиса. – Меня и на одну-то едва-едва хватает!

Тут она увидела под столом маленькую стеклянную коробочку. Алиса открыла ее – внутри был пирожок, на котором коринками было красиво написано: «СЪЕШЬ МЕНЯ!»

– Что ж, – сказала Алиса, – я так и сделаю. Если при этом я вырасту, я достану ключик, а если уменьшусь – пролезу под дверь. Мне бы только попасть в сад, а как – все равно!

Она откусила от пирожка и с тревогой подумала:

– Расту или уменьшаюсь? Расту или уменьшаюсь?

Руку Алиса при этом положила на макушку, чтобы чувствовать, что с ней происходит. Но, к величайшему ее удивлению, она не стала ни выше, ни ниже. Конечно, так всегда и бывает, когда ешь пирожки, но Алиса успела привыкнуть к тому, что вокруг происходит одно только удивительное; ей показалось скучно и глупо, что жизнь опять пошла по-обычному. Она откусила еще кусочек и вскоре съела весь пирожок.

Для хранения продуктов и готовых блюд, будет нелишним купить шкаф холодильный, а если это кафе или ресторан, то холодильную витрину.

Качественная оснащение и защита вашего жилья — системы Умный дом! Обращайтесь! Специализированные решения «Умный дом».

Источник

Приключения Алисы в Стране Чудес. Льюис Кэрролл

Сказка «Алиса в Стране Чудес» Льюиса Кэрролла (1865) с иллюстрациями Артура Рэкема (1907)

Перевод с английского Александра Оленича-Гнененко

Оглавление

В горячий полдень золотой
Мы медленно плывём:
Две пары детских рук едва
Справляются с веслом.
И водит детская рука
Беспомощно рулём.

Ах, эти Трое! В час такой
Жары и летней лени —
«Ну, говори!» — они кричат,
Дрожа от нетерпенья.
Когда все Трое заодно,
Бессильны возраженья!

Мне гневно Первая твердит:
«Ждать сказку долго ль буду?»
Вторая просит в сказке той
Игры волшебной всюду,
А Третья прерывает нас
Лишь раз в одну минуту.

И вот нежданно — тишина,
И маленький народ
Следит, как по Стране Чудес
Дитя Мечты идёт,
Как у зверей гостит оно
И с птицами поёт.

Но вдруг устало я замолк
И головой поник;
Мечты волшебная игра
Оставлена на миг:
«Конец потом!» — «Сейчас «потом»!» —
Весёлый слышен крик.

Так сказка о Стране Чудес
Слагалась знойным днём.
Пусть явью станет навсегда,
Что было только сном.
Горит закат, и мы плывём,
И ждёт нас милый дом.

Читайте также:  Что приготовить из кролика для диабетиков

Алиса! Сказкам детских дней
И возраст детский дан.
Храни в венке воспоминаний
Чудесный их обман,
Как пилигрим хранит сухие
Цветы из дальних стран!

Глава I. Вниз по кроличьей норе

Алиса начала очень скучать: она сидела рядом с сестрой на берегу и ничего не делала. Раза два она заглянула в книгу, которую читала её сестра, но там не было ни картинок, ни разговоров. «И что за польза от книги, — подумала она, — в которой нет разговоров или картинок?»

Тут она стала размышлять про себя (правда, с трудом, потому что в такой жаркий день чувствовала себя сонной и глупой), стоит ли удовольствие плести венок из маргариток беспокойства идти собирать маргаритки, как вдруг совсем близко от неё пробежал Белый Кролик с розовыми глазами.

В этом не было ничего очень уж замечательного. Точно так же Алисе не показалось очень необычным, когда она услышала, как Кролик говорил сам себе:

— О горе, горе! Я опоздаю! (Позже Алиса вспоминала об этом, и ей пришло на ум, что она должна была бы удивиться, но в то время всё представлялось ей совершенно естественным.)

Когда же Кролик вынул часы из жилетного кармана, посмотрел на них и затем помчался ещё быстрее, Алиса вскочила на ноги, так как в её голове блеснула мысль, что она никогда прежде не встречала кролика ни с жилетным карманом, ни с часами, которые можно было бы вынимать оттуда. Сгорая от любопытства, она бросилась за ним и, к счастью, вовремя, чтобы увидеть, как он внезапно нырнул в большую кроличью нору под изгородью.

Через мгновение Алиса скользнула туда вслед за Кроликом, не успев и подумать, какие силы в мире помогут ей выбраться обратно.

Кроличья нора сначала шла прямо, подобно туннелю, и затем неожиданно обрывалась вниз, так неожиданно, что Алиса, не имея ни секунды, чтобы остановиться, упала в глубокий колодец.

Или колодец был очень глубок, или она падала очень медленно — во всяком случае, у неё было достаточно времени, пока она падала, осматриваться вокруг и гадать, что произойдёт дальше. Сначала Алиса попыталась заглянуть вниз, стараясь понять, куда она падает, но там было слишком темно, чтобы увидеть хоть что-нибудь.

Тогда она принялась разглядывать стены колодца и заметила, что на них были буфетные и книжные полки. Здесь и там она видела карты и картины, висящие на колышках. С одной из полок она сняла, летя вниз, банку с наклейкой: «АПЕЛЬСИННЫЙ МАРМЕЛАД», но, к её величайшему разочарованию, банка оказалась пустой. Алиса не решилась бросить её, боясь убить кого-нибудь внизу. И она изловчилась и поставила банку в один из буфетов, мимо которого падала.

«Ну, — подумала Алиса, — после такого падения для меня просто пустяки слететь с лестницы. Какой храброй будут считать меня дома! Да что там! Я не скажу ни словечка, даже если свалюсь с крыши». (Что было очень похоже на правду.)

Вниз, вниз, вниз. Кончится ли когда-нибудь падение?

— Интересно, сколько миль я успела пролететь за это время? — сказала она громко. — Я, наверное, нахожусь уже где-то неподалёку от центра земли. Посмотрим: это, должно быть, четыре тысячи миль вниз, я думаю. (Потому что, видите ли, Алиса узнала несколько подобных вещей на уроках в классе, и, хотя место не слишком-то позволяло Алисе показывать свои знания — ведь тут не было никого, кто мог её слушать, — всё же сейчас был удобный случай для повторения пройденного.) Да, это приблизительно точное расстояние. А теперь хотелось бы выяснить, какой я достигла Широты и Долготы? (Алиса не имела ни малейшего понятия о том, что такое Широта и Долгота, но она считала очень приятным произносить такие учёные слова.)

И она начала снова: — Любопытно, не провалюсь ли я прямо сквозь землю? Как смешно было бы появиться среди людей, ходящих вниз головами! Мне кажется, их зовут антипатиями. (Теперь она, возможно, была даже довольна, что её н и к т о не слышит, так как последнее слово звучало не совсем правильно.) Но мне придётся спросить их: как называется ваша страна? Будьте любезны, мадам! Здесь Новая Зеландия или Австралия. (И, говоря так, она попыталась сделать реверанс — вообразите: реверансы в воздухе! Не находите ли вы, что сумели бы проделать это?) Что за невежественная маленькая девочка, подумают они обо мне! Нет, никаким образом не следует спрашивать: может быть, название страны где-нибудь написано.

Вниз, вниз, вниз. Так как там больше нечем было заняться, то Алиса вновь принялась разговаривать сама с собой:

— Могу себе представить, как сильно Дина будет скучать без меня вечером! (Дина была кошка.) Надеюсь, вспомнят о блюдце молока для неё, когда сядут пить чай. Дина, моя дорогая, я хотела бы, чтобы ты была тут, внизу, со мной! Жаль, здесь нет мышей, но ты могла бы поймать в воздухе летучую мышь (она очень похожа на обыкновенную мышь, ты знаешь) или на стене — сороконожку. Но интересно: ест ли кошка сороконожку?

И Алиса, почти засыпая, начала повторять про себя сонным голосом:

— Ест ли кошка сороконожку? Ест ли кошка сороконожку?— И иногда: — Ест ли сороконожка кошку? (Потому что, видите ли, раз она не могла ответить ни на тот, ни на другой вопрос, ей было всё равно, какой из них задавать.)

Она почувствовала, что задремала, и ей стало сниться, что она гуляет, взяв за лапку Дину, и говорит ей очень серьёзно: «Теперь, Дина, скажи правду: ела ли ты когда-нибудь летучих мышей или сороконожек. » Как вдруг неожиданно — бух! бух!— она упала на кучу валежника и сухих листьев, и падение прекратилось.

Алиса ничуть не ушиблась и в один миг вскочила на ноги. Она посмотрела вверх, но над головой было совершенно темно. Перед ней оказался другой длинный ход, и Белый Кролик, быстро мчась вдоль него, всё ещё виднелся вдалеке. Нельзя было терять ни секунды. Алиса понеслась вперёд, словно ветер, и как раз вовремя, чтобы услышать, как Белый Кролик сказал, скрываясь за углом:

— О мои бедные уши и усы! Как я опаздываю!

Читайте также:  Кто опасен для кроликов

Алиса уже почти догнала его, вслед за ним повернув за угол, но Кролика больше не было видно: она находилась в длинном низком зале, освещённом рядом ламп, свисающих с потолка.

По обе стороны зала всюду были двери, но все запертые. Алиса обошла обе стены, пробуя каждую дверь, и затем печально вернулась на середину зала, спрашивая себя, каким путём и когда она выйдет отсюда.

Вдруг Алиса очутилась перед маленьким трёхногим столом, целиком сделанным из толстого стекла. На столе не было ничего, кроме крошечного золотого ключика. Она тотчас решила, что ключ мог подойти к какой-нибудь из дверей зала. Увы, или замочные скважины были слишком велики, или ключ чересчур мал, но, как бы там ни было, он не отпирал ни одной двери. Однако, обходя зал во второй раз, она приблизилась к игрушечной занавеске, которой прежде не заметила. Занавеска скрывала дверцу около пятнадцати дюймов высоты. Алиса вложила золотой ключик в замочную скважину — и, к её величайшей радости, он подошёл!

Алиса открыла дверь и убедилась, что та вела в маленький коридор, немного более широкий, чем крысиная нора. Она стала на колени и заглянула вдоль коридора в самый чудесный сад, который вы когда-нибудь видели. Как ей захотелось выбраться из тёмного зала и побродить среди этих ярких цветочных клумб и прохладных фонтанов! Но она не могла даже просунуть голову в дверь. «Если бы моя голова и прошла в неё, — подумала бедная Алиса, — было бы мало пользы без моих плеч. О, как я хотела бы складываться, как телескоп! Я полагаю, я смогла бы это сделать, если бы только знала, с чего начать».

Видите ли, за последнее время с Алисой случилось столько необычайного, и она начала думать, что лишь очень немногое является действительно невозможным.

Ожидание у низенькой двери оказывалось бесполезным. Поэтому она вернулась назад, к столу, смутно надеясь, что, может быть, найдёт на нём другой ключ или хотя бы книгу правил о том, как складывать людей подобно телескопам. Теперь она заметила на столе небольшую бутылку («Её, несомненно, раньше здесь не было», — сказала себе Алиса), к горлышку которой была прикреплена полоска бумаги со словами: «ВЫПЕЙ МЕНЯ», великолепно отпечатанными крупными буквами.

Легко сказать «Выпей меня», но умная маленькая Алиса совсем не желала делать это слишком поспешно.

— Нет, я посмотрю сначала, — произнесла она,— написано там «Яд» или нет, — так как она часто читала весёленькие истории о детях, сгоревших или съеденных дикими зверями, и о других неприятных вещах, случавшихся с детьми, потому что они не хотели вспомнить простых правил, каким их учили друзья: например, что раскалённая кочерга обожжёт вас, если вы будете держать её слишком долго, что, если вы обрежете палец ножом очень глубоко, из него обыкновенно идёт кровь, и Алиса никогда не забывала, что, если вы слишком много выпьете из бутылки, на которой написано «Яд», то почти наверное рано или поздно расстроите ваш желудок.

Однако на бутылке не было написано «Яд». Поэтому Алиса отважилась попробовать её содержимое и, найдя его очень приятным (действительно, на вкус это была смесь вишнёвого торта, печенья, ананаса, жареной индейки, сливочных тянучек и сладкой подливки из молока и яиц), она быстро покончила с ним.

— Что за странное чувство! — воскликнула Алиса. — Как будто я складываюсь, словно телескоп!

И в самом деле: она была теперь только десяти дюймов в высоту. Лицо Алисы засияло при мысли, что такой рост как раз и необходим, чтобы она могла пройти через низенькую дверь в чудесный сад. Однако сначала Алиса выждала несколько минут, проверяя, не уменьшится ли она ещё. Она слегка волновалась. «Это может кончиться тем, — сказала себе Алиса, — что я совсем исчезну, как догоревшая свечка. Интересно, на что я тогда буду похожа?» И она попыталась представить себе, как выглядит пламя свечи после того, как свеча погасла. Но она не могла припомнить, чтобы когда-нибудь видела нечто подобное.

Спустя немного, убедившись, что ничего не случилось, она решила наконец войти в сад. Но горе бедной Алисе! Когда она приблизилась к двери, оказалось, что она забыла маленький золотой ключик; а когда Алиса возвратилась за ним к столу, то обнаружила, что не может достать его: она ясно видела его сквозь стекло, но, как ни пыталась вскарабкаться на стол по одной из его ножек, было слишком скользко. И, устав от безуспешных попыток добыть золотой ключик, бедная коротышка села на землю и горько заплакала.

— Будет хныкать так! — сказала сама себе Алиса, пожалуй, чересчур уж резко. — Я тебе советую: перестань сию же минуту!

Она давно привыкла давать себе хорошие советы (хотя чрезвычайно редко выполняла их) и иногда бранила себя так сурово, что на её глазах появлялись слёзы. Однажды она попробовала даже надрать себе уши за то, что обманула себя в крокетной партии, которую играла сама с собой. Вообще этот странный ребёнок был очень склонен изображать в одном лице двух различных людей. «Но сейчас нет никакого смысла, — подумала бедная Алиса, — изображать из себя двух лиц. Ну, я полагаю, того, что от меня теперь осталось, едва ли хватит для одного приличного лица!»

Вскоре её взгляд упал на маленький стеклянный ящичек, который лежал под столом; она открыла его и нашла там очень маленький пирожок, на котором мелким изюмом были красиво выведены слова: «СЪЕШЬ МЕНЯ».

— Хорошо, я съем его, — сказала Алиса. — И если он увеличит мой рост, я смогу достать ключ, а если уменьшит, я сумею тогда проползти под дверью. В обоих случаях так или иначе я попаду в сад. Не буду заботиться о том, как это произойдёт!

Она проглотила кусочек. С беспокойством говоря: «Так или иначе? Так или иначе?» — Алиса, чтобы знать, делается она выше или ниже, держала руку на макушке.

Она совершенно была изумлена, что остаётся того же самого роста. Будьте уверены, так всегда бывает с теми, кто ест пирожок. Но Алиса уже привыкла, что с ней непременно происходит что-нибудь необыкновенное, поэтому ей показалось невыносимо скучным и глупым, что сейчас всё идёт по-обычному.

Тогда она принялась за работу и очень быстро прикончила пирожок.

Источник

Adblock
detector